Подробности
Скачать Docx
прочесть
Испытывая глубокую привязанность к Соединённым Штатам, Высочайший Мастер Чинг Хай (веганка) неоднократно посещала эту страну, даря духовную мудрость, надежду и жизненно важную гуманитарную помощь в трудные времена. В ноябре 1993 года, после того как Она с состраданием помогла пострадавшим от разрушительных лесных пожаров в Южной Калифорнии, Мастера пригласили дать несколько интервью СМИ по всей стране, в которых Она поделилась Своими взглядами на добродетель и духовное пробуждение. Для нас большая честь пригласить вас посмотреть эту познавательную серию под названием «Интервью Высочайшего Мастера Чинг Хай (веганка) для СМИ». В первом интервью Мастер ведёт откровенную беседу с господином Зуй Линем, уважаемым репортёром, журналистом и главным редактором газеты «Конг Луан», в Лос-Анджелесе, Калифорния, США, 18 ноября 1993 года. В ходе этой содержательной беседы Мастер проливает свет на священную ответственность СМИ, подлинную природу бескорыстной благотворительности и глубокое искусство жить, опираясь на доброту и добродетель.В этом вводном выпуске Мастер объясняет, что для доброй и добродетельной жизни необязательно принадлежать к какой-либо религии и приверженцы разных религий могут жить в гармонии друг с другом.(У меня хранится почти двести фотографий Мастера.) Столько? Откуда они у тебя? (В тот день мы засняли почти 10 рулонов плёнки.) О, правда? Значит вы просто выбрали самые красивые, чтобы похвастаться? О, правда? Какие красивые! Фото получились действительно удачными. Красиво. Жёлтый наряд некрасивый, правда? Только красный наряд красивый; а жёлтый — нет, верно? О, правда? Ах! Красный красивее, да? Красный наряд больше выделяется?(Мы это ему послали.) Заместителю министра — о, мэру, верно? (Да.) Он действительно хороший человек. (Да, он весёлый и очень добрый.) Хороший человек, а? Честный. Насколько я знаю, по крайней мере до сих пор. Вроде бы честный и принципиальный — он ничего не просит. Он оказал мне так много почестей, не прося ничего взамен. Это не стоило ни цента. Но у меня просто есть духовная склонность помогать там, где люди в беде - например, страдают от болезней. Кроме этого, я не даю… Странно. Есть места, где я много помогаю, много даю и делаю много работы, и никто ничего не говорит. Они меня совершенно не беспокоят и не мешают. Странно, не правда ли? О, правда? Я выглядела счастливой? В прошлый раз почему вы все не пошли?Давайте сначала покушайте. Попробуйте (веганский) торт. Я составлю вам компанию. Я выпью воды. Выпейте воды. Какая огромная чашка, боже мой! Она что, для (человека-)слона? А есть чашка поменьше? Эту так тяжело держать, а я маленькая. Что-нибудь более подходящее для меня по размеру… (Эта и правда тяжёлая.) Такая тяжёлая и до краёв! Кто же сможет выпить столько, боже мой! Как вообще можно выпить столько холодной воды? Эй, дайте мне, пожалуйста, поменьше. Из фарфора или чего-нибудь подобного — выглядит более изысканно. Будьте чуть более изящны. Это слишком грубо!Ладно! Пожалуйста, не стесняйтесь, попробуйте (веганский) торт. (Да.) Давайте. (Мы уже ели.) Да ладно, я ещё никого не видела, кто бы ел. (Полный живот.) (Мы уже почти закончили.) Правда? (Да.) (Я раньше шутил с кухонной бригадой, говоря им упаковать немного с собой.) Что? Упаковать? («С собой».) Что значит «с собой»? («Еда с собой» означает забрать еду домой.) (То есть, забрать домой.) А, да! (Просто шучу.) Ладно, да. Ещё много осталось. (Ой, нет, я просто так сказал, для шутки.) Ничего страшного! Позже забери домой, чтобы дети тоже покушали, окей? (Нет, у меня нет [детей].) (Но это вкуснее, чем то что у нас было на Гавайях.) (Да, это вкуснее и чище, чем то, что мы ели на Гавайях.) Вот почему мы уже наелись в тот день, поэтому мы не могли много есть. Не могли есть, верно? В тот день я тоже не могла ничего есть. (Готовка там вроде…) Похоже. Выглядит не лучше, чем это. Немного короче, но ещё тяжелее. Вы же знаете: я очень маленькая, такое меня пугает. Мне надо говорить по-английски; если по-китайски, ты вообще ничего не поймёшь. Подумаешь, что мы что-то обсуждаем за твоей спиной. Пластиковый стакан всё-таки был бы лучше. Ладно, хватит. Больше не жалуйтесь. Бесконечные жалобы ничего не изменят.Они принесли что-то действительно огромное. Мне всегда такое дают. Сегодня мне тоже хочется пожаловаться. Это просто ужасно. Все такие большие и толстые! (Эта самая маленькая из всего, что у нас здесь есть.) Самая маленькая? (Да, именно такая чашка.) (Они все такие. Остальные три — все такие огромные.) О! О! Они сказали, что это уже самая маленькая из всех, что здесь есть. В этом доме это была самая маленькая, которую они смогли найти. Наверное, в этом доме живут одни крупные парни, да? Может, здесь остановились какие-то мускулистые аулакцы (вьетнамцы)? Это для, как его там... Я совсем забыла. Ему здесь оставаться — это нормально! Для таких крупных парней, да? Это называется поднятием тяжестей.Мы просто называем это тяжелой атлетикой. Я могу держать обе стороны и не заниматься тяжелой атлетикой, да? Держать это — действительно утомительно, знаете. (С большим количеством воды станет ещё тяжелее.) Вау! Полный стакан, а не чуть-чуть! (Да.) Они же знают, что я не так много ем и пью, так зачем же готовить такое огромное количество? Вы не знаете, как мало я ем. Каждый раз, когда появляется (веганская) еда или напитки, они выносят, будто это для целой армии солдат. Это как для армии или что-то в этом роде. Всегда, если я чего-то хочу, вы накладываете слишком много.(Но мне кажется, что сегодня, сидя здесь, Ты можешь немного отдохнуть и успокоиться. Если пойти в ресторан, у Тебя не было бы ни минуты покоя.) Да, это верно. Но я боялась, что вам это может не понравиться. Я боялась, вы скажете: «Почему? Почему Ты не пригласила нас к Себе домой? Ведешь себя так, будто…» (Кто бы посмел так сказать?) О, неужели? Но я боюсь, что другие люди могут прийти, увидеть это и тогда тоже устремятся ко мне. А потом скажут: «Почему Ты приняла этих людей, а меня — нет?» Видите? Всегда так. Поэтому я очень боюсь публики. Я выхожу только тогда, когда это абсолютно необходимо. Я выхожу один раз — и всё. Кто хочет меня увидеть, пусть приходят и увидят меня все сразу. Пусть все меня увидят, и всё. Если люди приходят поодиночке, это очень утомительно.(С того дня, как мы сюда вернулись, мы беседовали и сказали: «Именно благодаря той поездке мы теперь думаем по-другому».) Неужели? (Да.) Какие мысли? Хорошие? Расскажи мне, я послушаю.(Тогда Мастер увидела статью, напечатанную в газете.) О, эта статья была так хороша! Эта статья была действительно хорошо, красиво написана. (Короткая, очень маленькая.) Написана с юмором, да? Я дала её тебе почитать, да? (Да.) Я уже показывала её тебе, верно? Тогда я сказала: «Вау! Этого парня, в будущем, как мы его будем называть? Что я сказала? Наградить его, верно?» (Да, наградить.) Присвоить ему звание «Юмористического журналиста». Самый смешной журналист. Есть награды для хороших журналистов, журналистов, которые пишут остро. (Да.) Не остро, но пишут правильно… «Четко», а на аулакском (вьетнамском) языке как это будет? Это не просто «правильно». (Четко.) Четко. (Правдиво.) А! Правдиво. Верно, вот так. Всё правдиво отражено. А, эта дама — китаянка. Она хорошо пишет. А, она такая очаровательная. (Итак, Мастер, Ты была довольна этой статьёй?) Да, да! Статья была хорошая. да ещё и юмористическая. Эта девушка так смеялась, когда читала. Кроме того, на Тайване (Формозе) был один китаец, получивший награду «Самый смелый журналист». Награду «Самый правдивый». Может, в следующий раз нам стоит вручить этому парню «Премию самому смешному журналисту», а?Он очень хорошо пишет. Его тексты хороши и забавны. Мне нравятся все, кто умеет шутить. Нужно вдохновение. (Да.) (Прошло уже больше десяти лет с тех пор, как я в последний раз писал.) Все говорят, что эта статья действительно хороша! (Я не писал больше десяти лет; на этот раз я написал всего немного. Поэтому так коротко.) Правда? Не коротко. В самый раз. Что сказал (…)? Он сказал: «Коротко, но этого достаточно». Там уже всё есть. Тебе даже не нужно было туда идти, чтобы узнать. (Потому что я давно бросил свою профессию.) О, правда? Тогда не растрачивай себя зря. Давай, пиши для трёх, четырёх или пяти газет. (Тогда, Высочайший Мастер, пожалуйста, позаботься о газете. Прежде чем он сможет писать, ему надо на что-то жить!) Ты можешь писать и для других изданий. Жаль позволять другим писать, когда они не справляются с этой работой. Иногда они пишут так плохо, что это пустая трата газеты, пустая трата всех этих страниц. Ты можешь писать и для других газет — не обязательно только для тех. (Люди за это не платят.) Мы, творческие люди, можем прожить на одной воде. (Люди за это не платят.) Зачем нам деньги?Вау, печатать такие газеты, наверное, очень дорого, да? Это, наверное, дорого стоит. (Да, это очень дорого, Мастер. Нам приходится собирать деньги на каждый выпуск, что довольно трудно, потому что, как Ты видишь, многие газеты здесь раздаются бесплатно.) Бесплатные газеты? (Их невозможно продавать.) Почему невозможно? (Когда мы пытаемся их продать, люди не покупают.) (Люди их не покупают.) (Они привыкли к тому, как работают газеты в Америке, где основной доход приносит реклама.) Правда? (И, как Ты видишь, предприятия в наши дни переживают настоящие трудности.) (Это очень сложно.) Что они делают? (Они над этим работают.) (Они делают это таким красочным.) (Им приходится тратить деньги.) О! (До того, как Ты пришла, мы как раз говорили о том вечере, когда они делали обложку с Твоей фотографией. Мне пришлось просидеть там с ними всю ночь.) Почему? (Иначе они бы всё испортили.) (Я боялся, что они испортят.) О, правда? Бедняжки. Как трогательно. Неудивительно, что обложка такая красивая. Кто-нибудь заметил? (Она красивее, чем оригинал.) Да, она красивее, чем оригинал. Я так и сказала. Кто-то, наверное, вам сказал, да? (Кто-то сказал.) Кто-то, наверное, вам сказал. (Никто ничего не говорил.) Неужели? (Да.) О, правда? Я почти не смотрю на неё, а она даже красивее, чем наша первоначальная версия. Ученики тоже подумали, что кто-то так сказал.(На этот раз, когда Мастер вернулась в Калифорнию, Ты заметила, что аулакские (вьетнамские) газеты изменили направление?) Правда? Они изменились? (Да, изменились. Газет так много.) Их много, или что ты имеешь в виду? Что их много или что они пишут по-другому? (Они пишут по-другому.) (Их более сорока.) Так теперь они пишут по-другому? (Нет. Но они пишут о...) Это всё обо мне? (О Высочайшем Мастере Чинг Хай.) По-другому? (Около шести газет.) А, понятно. О, правда? А, окей, дайте посмотрю. (Вот журнал «Вуй».) О, «Вуй»? (Журнал «Тинь Тхыонг».) «Тинь Тхыонг»? (Газета «Вьетнам Пресс».) «Вьетнам Пресс»? (И газета «Вьетнам Пост».) «Вьетнам Пост». Пять газет — а, четыре газеты.(…четко формулируя суть вопроса.) Т.е. проясняют вопрос, да? (На чьей стороне? Правда? Я этого не видела. (Это был старый номер.) А, понятно. (Около четырёх или пяти месяцев назад. Дело в том, что…) О, это замечательно. (Речь идёт о выражении мнений. Например: если защищают Мастера, то как именно? Если кто-то выступает против Мастера, против чего он выступает?) А, они должны сказать, против чего именно выступают. (Сказать это чётко.)Если вы против кого-то, вы должны высказываться правильно. Они просто продолжают критиковать, не указывая, в чём моя вина. В чём я виновата? (Но согласно… Мастер, по Твоему, почему так много людей выступают против Тебя?) Кто знает? (Да.) Мы даже не знаем, против чего они выступают. Если бы мы знали, то хотя бы могли бы объяснить.(Потому что некоторые люди, исповедующие буддизм, задаются вопросом: к какой буддийской школе принадлежит Высочайший Мастер? Или если...) Почему я должна принадлежать к буддизму? (Нет. Я имею в виду, это что-то другое?) Да. (Да.) Да. Но, например, если мы буддисты и плохо отзываемся о других религиях, то создаём раскол и ненависть. Это было бы ужасно.(Значит, в Твоём учении нет…) Да. Если мы следуем буддизму, но создаём раскол, то это уже не буддизм, не говоря уже о чём-либо ещё. Например, если какая-то религия призывает убивать людей и грабить их, или совершать всевозможные плохие поступки, понимаете? Возьмём, к примеру, христианство. Обычно я говорю, что эти две религии разделяют одни и те же принципы, потому что существует так много религий, и мы не можем говорить обо всех. Давайте рассмотрим христианство и буддизм. В христианстве разве нет Десяти заповедей? Десяти запретов? Не убивай, не кради, не сей раздор, не прелюбодействуй, не лги. Видите? «Возлюби ближнего своего», видите? Или люби своих собратьев, верно? Ни одна религия не учит ничему плохому, так зачем мне плохо о них говорить?(Высочайший Мастер, это потому, что люди хотят, чтобы Ты называла Свои учения одной из форм буддизма.) Я не знаю, я бы не стала… Это вообще не следует к чему-либо относить. (О, так это другая секта?) Здесь нет никакой секты. Чтобы учить людей жить доброжелательно и добродетельно, не нужна никакая секта. (Да.)Почему у всего всегда должно быть имя и ярлык? Мы ведь уже занимаемся духовной практикой, а это значит — входим в сферу бесформенности, верно? (Да.) Уже сказано, что «Четыре стихии — всё это пустота», так зачем же всё так усложнять? А они продолжают давать вещам разные названия — та религия, эта религия, — что приводит ко всем этим раздорам, когда люди рвут друг друга на части. Это вовсе не духовная практика. Это не политика. Мне не нравится поступать таким образом. (Да.) Почему те, кто следует за мной, независимо от их религиозных убеждений, могут так гармонично уживаться друг с другом? Они полностью понимают Истину, что всё — это одно целое, так зачем же заботиться о том, какая это религия — та или эта? Я уже много раз это объясняла, об этом упоминалось в журналах и книгах. После того как Будда ушёл из жизни, мы называем это буддизмом. После того как Господь Иисус ушёл из жизни, мы называем это христианством. После того как Пророк Мухаммад (мир Ему) ушёл из жизни, мы называем это исламом, видите?А до этого принадлежали ли эти Учителя к какой-либо религии, чтобы достичь просветления? До того как Будда Шакьямуни достиг просветления, следовал ли Он буддизму? (Верно.) Скажите мне, сэр. Тогда же не было буддизма, верно? Так чему же Он следовал, чтобы достичь этого? До рождения Господа Иисуса существовало ли христианство? Тогда чему Он следовал, чтобы стать Христом? Мне не нравится объяснять всевозможные вещи такого рода. Кто хочет следовать — пусть следует. Если они придут, то смогут узнать и понять. А если не захотят — ничего страшного. Никто никого не заставляет.(Мы хотели уточнить…) Да. Я знаю, что вы просто спросили. Я говорю об этих людях, а не спорю с вами.Photo Caption: Благодарность за долголетие
